Сайт переехал по адресу: IAMNESS.RU
Интервью Рика Арчера с Рупертом Спайрой 06.11.11 -2  
Р. С.: Нет, так об этом нельзя сказать. Я должен признаться, что старые привычные чувства и мышление, как результат действия и поведения обособленного внутреннего «я», продолжают появляться. Эти привычки еще сохранили некоторую энергию и время от времени активируются некоторой ситуацией или событием, поэтому я никогда не говорю «никогда». Мы никогда не знаем, когда эти старые привычки чувствовать и мыслить с позиции обособленного «я» могут всплыть. И эпизодически они продолжают всплывать.

Р. А.: Не является ли это кусочком обособленного «я»? Рамана Махарши говорил об этом. Он говорил, что нам нужно немного этого, чтобы функционировать, как человеческое существо. Веданта использует такую аналогию: если вы возьмете кусочек масла в руку, а потом выкинете его, то на вашей ладони все равно останутся остатки масла. Поэтому без хотя бы небольшого остатка чувства индивидуальности невозможно функционировать в этом мире. Вы согласны с этим?

Р. С.: Это не является моим опытом. На самом деле, присутствие вымышленного обособленного «я» является причиной дисфункционального поведения в этом мире. Вера в чувство разделенности не представляет никакой практической ценности. У него есть только одна функция — создавать несчастье. Это все, что оно делает. Вполне возможно жить совершенно нормальной, обычной, здоровой, активной и интересной жизнью, иметь семью и работу, другими словами, жить обычной жизнью, без всякого чувства, что ты являешься обособленным «я», при этом никогда не упоминая о недвойственности и не ведя беседы о ней.

Р. А.: Этот момент мне до конца не ясен. Я занимаюсь практиками на протяжении десятилетий, комфортно чувствую себя в состоянии присутствия, однако я все еще переживаю состояние бытия обособленным «я» и также состояние, когда я им не являюсь. Они каким-то образом идут рука об руку, дополняя друг друга. Если кто-то скажет, что Руперт выслал мне денег или вам позвонят из полиции и сообщат, что вашего сына сбила машина, я полагаю, что на эти события возникнет естественная личностная реакция?

Р. С.: Безусловно, она возникнет в обоих случаях. Однако вы ставите знак равенства между индивидуальностью и невежеством, чувством или идеей разделенности. Я бы не определял индивидуальность таким образом. Когда тело/ум освобождено от идеи и чувства разделения, по другому выражаясь, когда выдуманное «я» перестает жить в уме, как думающий, выбирающий, решающий, и в сердце, как чувствующий и любящий, тогда оно освобождается от огромной ноши. И в результате этого тело-ум начинает расцветать. Это не значит, что человек становится похожим на белый лист без характера и индивидуальности. На самом деле, именно вера в разделение уничтожает истинную индивидуальность. Истинная индивидуальность расцветает, когда чувство разделения уходит. Подлинный характер и индивидуальность цветут пышным цветом, когда высвобождаются из тисков бытия обособленным и ограниченным «я». Индивидуальность может выражать себя совершенно по-разному. Это может быть взрыв творчества, экстраверсия, выход в свет в разных формах. Другие просто тихо пойдут домой и будут жить сами или с семьей, или работать для общества. Возможны эти противоположные варианты и все, что между ними.

Вот таким образом я обозначил бы индивидуальность. Слово индивидуальность (individual) связано с английским словом «undivided», что означает неразделенный. Это нераздельная целостность на уровне тела-ума. И такого рода индивидуальность или уникальность не является выражением обособленного «я», наоборот, она расцветает, когда мы осознаем, что обособленное «я» не существует.

Р. А.: Очень любопытно.

Я скажу еще пару слов, если вы не против. Я не могу сказать, что у меня были большие вспышки прозрения, но было несколько небольших и два значительных прорыва сознания, один из которых имел место во сне в 80-е годы. Я проснулся и почувствовал, что я освободился от тесного пиджака, в котором проходил всю жизнь. Это было ощущение тотальной свободы и независимости от, как вы говорите, обособленного «я». Однако при этом я оставался телом/умом, которое проснулось в один прекрасный день таким образом. Я не считаю, что с того момента, у меня были возвращения в эту темницу, в которой я жил ранее. Но при этом, я все еще сохраняю состояние личности. Если кто-то зайдет в комнату и скажет: «Эй, Рик», я, конечно, обернусь. Когда моя жена просит меня выбросить мусор, я понимаю, что она обращается ко мне.

Р. С.: Я тоже.

Р. А.: Иногда, когда мы слышим о Единстве, мы можем представить себе аморфный Океан Единства. Океан есть океан, и на его поверхности появляется очень много волн, но все они являются одним и тем же океаном и каждая волна имеет свою форму выражения. Я так понимаю, что вы хотите сказать, что когда человек перестает себя ощущать волной, то осознает, что является Океаном, однако имеет свое собственное выражение в форме волны. Можно ли это так выразить? Или это слишком закручено?

Р. С.: Нет, можно и так сказать. Извините, я хочу добавить еще несколько слов.

Р. А.: Да, пожалуйста.

Р. С.: Все примеры, которые вы привели, то, что вы отзываетесь, когда жена вас называет по имени и все такое, являются практической реакцией тела/ума или личности на жизненные ситуации. В этом нет никакого невежества. Я не придаю слову «невежество» негативного значения, под ним я имею в виду игнорирование реальности нашего опыта. Такого рода реакции не являются признаком того, что обособленное «я» все еще активно.

Очень многие люди ездят в Индию за просветлением. Я тоже 20 лет назад начал ездить туда, и в некотором роде, это было для меня большой помехой. Я тогда не имел реального повседневного опыта недвойственности. Она всегда казалась мне частью экзотической индийской культуры. Я никак не мог понять, о чем именно говорит Шанкарачарья. Я только видел его белую бороду и оранжевые одежды. Не подумайте, что я не уважаю его. Он был частью своей культуры, но он был очень далек от меня.

Или возьмем Раману Махарши. Я пытался подражать ему в течение 20 лет, и эта попытка с треском провалилась. Все, что я знал о нем, это то, что он был красивым, улыбающимся и немногословным человеком. И я считал, что если ты хочешь достичь самореализации, то должен быть именно таким. Конечно я так полагал, поскольку видел его только в своем воображении и на фотографиях. У меня никогда не было этого понимая 24 часа в сутки, и я никогда до конца не понимал, как это воплощается в реальной жизни. И даже если бы я жил с ним в Индии, он все равно был бы продуктом своей культуры.

По этой причине я считаю, что те люди, которые специально едут в Индию за просветлением, сохраняют идею о том, что пробуждение или просветление (я не очень люблю использовать эти слова, поскольку они несут оттенок экзотического опыта) полностью стирает характер. Однако, в таком случае мы не сможем функционировать. Я недавно разговаривал с одним человеком, который выразил идею, что если одевать свитер при холодной погоде, то это будет сопротивлением тому, что есть, и поэтому признаком того, что ты являешься обособленным «я». Тогда я спросил: «А когда я ем, то сопротивляюсь чувству голода и, следовательно, это является признаком невежества?» Он ответил: «Да, я так считаю».

Люди придерживаются совершенно несусветных представлений, что делает просветление абсолютно недостижимым. Мы считаем, что должны стать супер человеком: "Как я, со всеми моими недостатками, своим характером, могу понять, о чем говорят все эти люди?" Мы полагаем, что должны стать чистым листом, идеальным существом, и это отдаляет от нас просветления все дальше и дальше. Хотя на самом деле, учение должно показать, что оно не так далеко и труднодоступно, поскольку настоящее просветление не является каким-то экзотическим опытом. Это естественное состояние любого опыта, это нечто, наиболее нам знакомое, это знание нашего собственного бытия таким, каким оно есть. Оно сияет в сердце любого переживания и всегда присутствует. Это вещь, известная нам лучше всего, если конечно, это можно назвать «вещью».

Р. А.: Отлично сказано! Я очень рад, что вы сказали это. Многим людям нужно было это услышать. В городе, где я живу, есть люди, которые медитируют десятилетиями. У нас даже есть университет, в котором работает Джон Хэйгмэн (это тот человек, который также присутствовал на конференции). Многие из этих людей полагают, что просветление - это нечто совершенно особенное или даже мгновенное. Сам Махарши обладал харизматичной личностью, у него была особая форма общения, присутствие, даршан. И люди говорят: «Вот это просветление, как это возможно для меня?»

Р. С.: Я сейчас не имею в виду людей, которых вы упомянули. Я говорю о представлении о том, что просветление является чем-то экзотическим и далеким. На самом деле, это Индия - экзотическая и далекая страна. Просветление не связано с Индией. Индия - это диковинка, а просветление - нет. Просветление - это знание нашего Бытия, нашего Света, который освещает каждый опыт, и оно является наиболее знакомым, естественным и лекгоузнаваемым «аспектом» нашего опыта. Приписывая просветление экзотической культуре и считая его экзотическим переживанием, мы помещаем его на далекое расстояние, таким образом кристаллизуя в уме ощущение бытия обособленным «я». А потом мы вынуждены медитировать и тяжело работать над собой на протяжении 30 лет. Такого рода идеи еще больше укореняют чувство обособленности. И чем больше мы пытаемся достичь просветления, тем сильнее становится обособленное «я». Наилучший способ укрепить обособленное «я» - это пытаться избавиться от него и обрести просветление. Вот почему многие люди жалуются. Я слышу об этом постоянно на моих собраниях: «Я занимаюсь этим уже 30 лет, я очень стараюсь, но...» И эти люди совершенно искренни, я сам занимался этим на протяжении 20 лет, не замечая, что обособленное «я» совершенно незаметно все больше укреплялось в попытке избавиться от себя ради достижения экзотического опыта, спроецированного в будущее и имеющего Индийскую или Тибетскую этикетку.

Р. А.: Это похоже на то, что нацисты были недовольны тем, что теория относительности имела еврейские корни, можно также заявить, что гравитация имеет английские, поскольку Ньютон открыл ее.

Я совершенно согласен с вами и не считаю, что просветление принадлежит Индии, я бы даже не сказал, что оно принадлежит человеку. Возможно, есть какие-то существа на другой планете, которые не являются людьми, но они просветлены.

Р. С.: Есть один важный момент — просветление это не то, что принадлежит людям или другим существам. Просветление — это Осознавание, распознавшее Само Себя. Конечно, Осознавание никогда не переставало распознавать Себя, поэтому даже эта формулировка не совсем правильна. Но единственный «тот, кто» наслаждается переживанием просветления — это само Осознавание. Это не достижение человека, инопланетянина или животного. Единственное, что все осознает - Само Осознавание. А просветление - это просто снятие с Осознавания кажущегося покрова убеждения, что просветление не присутствует, что Свет не присутствует.

Р. А.: За полчаса до нашей беседы я послал вам и-мейл, не знаю, видели ли вы его. Это письмо прислал мне человек, который знал, что я буду брать у вас интервью. Это длинное письмо, наверное на целую страницу.

Р. С.: Я не видел его.

Р. А.: Этот человек хотел задать вам вопрос. Его письмо — это размышления метафизического характера. Он говорит, что правильно ли он полагает, что люди способны с помощью такого инструмента, как нервная система, осознать тот Источник, из которого мы пришли. Он приводит цитату Т. Эллиота:

«Мы не оставим исканий,
И поиски кончатся там,
Где мы начали их; и оглянемся,
Как будто здесь мы впервые”.


Он спрашивает, есть ли что-то большее того, что было в начале, до того, как Творение проявило Себя. Это слишком метафизические размышления для вас, не так ли?

Р. С.: Нет, тут все зависит о того, с чьей точки зрения мы посмотрим на этот вопрос. С точки зрения Осознавания (если предположить, что Оно имеет точку зрения) или с точки зрения обособленного «я». С точки зрения обособленного «я», да, есть смысл, есть цель, есть судьба, есть то, что нужно обнаружить и достичь. Да, с точки зрения обособленного «я», цель в эволюции, но «с точки зрения» Осознавания, которая является единственно истиной точкой зрения, все является уже таким, каким должно быть. Ничего не нужно искать или узнавать. Куда бы Осознавание не смотрело, Оно повсюду находит только Себя. Поэтому, с позиции Осознавания, нет цели, нет судьбы, нет смысла. Уже есть все то, к чему стремится иллюзорное «я».

Цель и смысл существуют только для обособленного «я», но обособленное «я» является реальным только с иллюзорной точки зрения самого обособленного «я». Представьте себе фильм, в котором много разных персонажей. Эти все люди реальны с точки зрения главного героя, и все, что происходит в фильме также реально относительно его точки зрения. Но сам этот персонаж не имеет реальной точки зрения, он просто является субъектом, который появляется на экране. Обособленное «я» не является реальным персонажем с реальной точкой зрения. Это просто субъект, появляющийся на экране.

Вы хотели что-то сказать?

Р. А.: Все в порядке, продолжайте.

Р. С.: Вся эта история с забыванием нашей истинной природы, а затем вспоминанием или осознанием ее, происходит в небольшом мыльном пузыре. Этот пузырь можно назвать крошечным пузырем мыслей и чувств, который возникает в Осознавании. Это все кажется очень важным для того, кто находится внутри этого пузыря. Для Осознавания, которое является единственным Знающим или Осознающим, он никуда не идет и никем не становится. Он уже является тем, кем ему предназначено быть.

Р. А.: Когда вы говорите, что Осознавание осознает Себя, и видит Себя куда бы не посмотрело, это подразумевает наличие механизма осознания или видения. Так, как будто у Осознавания есть органы чувств.

Р. С.: Нет, просто я пытаюсь объясниться в рамках языка. Конечно, Осознавание не ходит повсюду, ища и видя Себя. Это ограничение языка. Я не имел в виду то, о чем вы сейчас говорите, что Осознавание ходит и ищет Себя. Я просто использую эти фразы и говорю об Осознавании таким образом. Конечно, Оно не ходит и не ищет Себя, Оно уже знает Себя и никогда не переставало знать Себя или быть Собой. Это просто наша мысль или чувство, которое появляется в Осознавании и сделано только из Осознавания, заставляет нас думать, будто бы Осознавание не знает Само Себя.

Это похоже не то, когда образ появляется на экране и тогда кажется, что экран скрыт, и мы видим только картинку. Мы тогда уже не видим экран, а видим картинку. Так это происходит. Хотя на самом деле, мы никогда не видим картинку, мы всегда, всегда, всегда видим только экран. Подобным образом, с точки зрения Осознавания, которая является единственно истинной, Оно всегда, всегда, всегда знает только Себя. Но возникает мысль, состоящая только из Осознавания, и кажется, что она скрывает Осознавание так же, как и картинка скрывает экран. С точки зрения этой мысли, кажется, что Осознавание скрыто. И теперь эта мысль создает «я», которому нужно много чего сделать, чтобы снова найти Осознавание.

Здесь можно использовать часто приводимую метафору о волне, которая ищет воду. Это то, чем занимается обособленное «я». Оно является тем же, что оно ищет. Нет настоящего сокрытия Осознавания, подобно тому, как даже самый темный фильм ужасов не скрывает экран телевизора. Самое тяжелое настроение, депрессия или тяжелые мысли никогда по-настоящему не закрывают Осознавание. Осознавание является скрытым только с точки зрения вымышленного существа, которое само сделано из того же, что кажется сокрытым, т. е. из Осознавания.

Другими словами, не существует настоящего невежества. В Индии нет слова, которое бы обозначало «невежество», у них есть слово, означающее иллюзию невежества. Если бы оно действительно существовало, тогда бы у нас были проблемы. И нам нужно было бы сидеть на коврике в течение 30 лет, чтобы избавиться от него. Невежество является невежеством, только с точки зрения невежества. Оно не настоящее. С точки зрения Осознавания (и это единственно реальная «точка зрения»), нет никакого невежества.

Вы можете спросить, что же нам делать с несуществующим невежеством? Как с ним поступить? Просто увидеть, что оно не существует.

Р. А.: Верно. Эта веревка никогда не была змеей.

Р. С.: Точно, веревка никогда не была змеей.

Р. А.: Слово «майя» означает «то, чего нет». За ней ничего не стоит.

Р. С.: Стоит, но это похоже на пейзаж в кино. У него есть основа, но это не трава, деревья и горы, а сам экран. У нас создается иллюзия пейзажа, но он реален в качестве экрана. Объекты, наши «я», то, что нас окружает, являются иллюзией, майей, но за этой иллюзией стоит Реальность, и эта Реальность — Осознавание.

Р. А.: Я полагаю, что этот человек хотел спросить, почему бы Осознаванию просто не оставаться Самим Собой, зачем нужна была вся эта суматоха со Вселенной? Кажется, что как будто что-то достигается посредством проявления. Почему проявилась живая реальность, вот здесь сидят Руперт с Риком и обсуждают это?

Р. С.: Вот этим самым вопросом, Рик, мы создаем двойственность, и потом ищем ее причину. Почему есть вся эта двойственность? Ее нет. Двойственности нет. Мы задаем вопросы: почему есть Творение, двойственность, почему бы Осознаванию счастливо не сидеть просто дома? Осознавание и так счастливо сидит дома. Это то, что Оно делает 24 часа в сутки — сидит довольное дома. Вот именно такими вопросами создается двойственность, причины которой мы ищем. Именно такими мыслями, поисками причины, она создается. Почему существует двойственность? Потому, что вы задаете этот вопрос. На самом деле, ее не существует. С чьей точки зрения она есть? Двойственность существует с иллюзорной точки зрения обособленного «я». С точки зрения Осознавания (и она является единственно реальной), разделения нет. Нет ничего отдаленного и отделенного друг от друга, никто не является «другим». Нет ничего, не сделанного из самого себя.

Р. А.: Возможно, изучая Адвайту, вы встречали слово ”mithya”, которое означает “зависимая реальность”. В качестве примера можно взять горшок. Вы были художником керамистом и поймете это сразу. Он имеет определенные функции — мы можем налить туда воду, положить бобы или использовать его, как барабан. Но если мы посмотрим по сути, то он — просто глина. Горшка нет — есть глина.

Существует концепция, скажем, практической реальности, как уступка двойственности, чтобы мы могли функционировать и жить, но при этом понимать, что это все является Осознаванием.

Р. С.: Да, но то что вы сказали предполагает, что для того, чтобы жить обычной жизнью, мы вынуждены делать уступку двойственности. Этого делать не нужно. Можно жить совершенно обычной, активной и практичной жизнью без всякого чувства разделения. Вы можете иметь семью, ходить на работу, вести хозяйство. Для всего этого, другими словами, для реальной повседневной жизни не нужно обособленное «я». Все, что оно для нас делает в обычной жизни, это создает конфликт и дисфункцию. Оно нам не нужно. Вы можете спокойно ходить за покупками, иметь семью и все остальное без чувства разделения или двойственности.

Если противопоставлять просветление обычной реальной жизни, то просветление становится невозможным. Именно так оно становится невозможным. Как вы себе представляете это? Что мы уйдем до конца жизни жить в пещеру?

Р. А.: Я не имел это в виду. Я не хотел сказать, что просветление связано с затворнической жизнью, уходом от мира или чем-то в этом роде. Я просто играю с загадкой кажущейся реальности, кажущегося мира, и возможности функционировать в нем (это — моя жена, это — мой сын, это — незнакомец) и при этом уважать истинную суть ситуации.

Р. С.: Я знаю, вы понимаете, что вполне возможно жить таким образом и взаимодействовать с женой и детьми. Мы просто вынуждены выражаться в рамках языка. Говоря о более или менее общепринятых вещах, мы можем использовать язык только в определенных рамках, но при этом понимать, что Реальность всего опыта состоит из нашего истинного Я.

Р. А.: Совершенно верно. Одна часть меня говорит, что это моя миска, это моя пепельница, но я знаю, что все это — глина.

Р. С.: Точно.

Р. А.: Есть кое-что, что очень заинтересовало меня в вашей книге. Это то, что вы, в большей степени чем все остальные, обозначили стадии опыта или развития, в конечном итоге которого человек может познать себя, как истинное Я. И одна из них, когда я осознаю, что я — ТО, но еще не осознаю, что все остальное также является ТЕМ. И со временем (возможно, вы бы не использовали слово «время») или в конечном итоге, я осознаю, что все является тем же, чем и я, в соответствии с моим опытом. Прекрасно, что вы обозначили этот момент. Махарши также говорил об этом. Наверное, это идет от Шанкарачарьи. Вы могли бы прокомментировать этот момент?

Р. С.: Да, я обозначил этот момент, но это не говорит о том, что каждый должен идти таким путем. Эмпирическое понимание может происходить абсолютно разными способами. Я просто обозначил его таким образом. Суть тут в следующем. Обычно мы полагаем, что я есть что-то, другими словами то, чем я являюсь - это тело и ум. И я, который есть это тело и ум, вижу объекты, других существ и мир. Не для всех, но для многих из нас тяжело осознать, что это совсем не является нашим опытом. Здесь нужно понять, что я - Осознавание, которое осознает тело/ум и мир, а не я - тело/ум, которое осознает мир. Я, как Осознавание, осознаю тело/ум и мир.

Это понимание того, чем я являюсь, и в этом случае осознанное Присутствие знает тело/ум и мир. До этого я полагал, что являюсь чем-то, а теперь я осознаю, что не являюсь чем-то, другими словами, я – ничто. Под «ничто» я имею в виду, что-то ощутимое, что-то объектное: я - не тело, не мысль, не чувство, не память, не восприятие и не образ. Я — не что-то или ничто. Это классическое нети-нети: я — не то, и не то, и не то. Я — То, что все это знает. Мы можем назвать это практикой исключения. И мы придем к пониманию, что я являюсь этим пустым открытым присутствием Осознавания.

Мы это исследуем, пребываем в этом (хотя нам не нужно в этом пребывать, поскольку мы всегда уже в нем), мы исследуем суть нашего опыта Осознавания, другими словами, каково переживание Осознавания в осознавании Самого Себя, поскольку мы уже понимаем, что сами являемся этим Осознаванием.

С точки зрения Осознавания, в противовес иллюзорной точке зрения тела/ума, в моем опыте того, как Осознавание переживает Само Себя, мы обнаружим, что этот опыт не имеет границ, что нет опыта появления или исчезновения Самого Себя, иначе говоря, нет опыта рождения и смерти. Оно никогда не исчезает, вечно существует, не имеет ограниченных качеств или каких-либо других ограничений.

Таким образом мы осознаем, кто мы есть. Или можно сказать, что Осознавание «осознает» (Оно всегда это знает) Cвое вечное присутствие, без каких либо границ, т. е. бесконечное. Реализация того, что я являюсь этим вечным и бесконечным Осознаванием, часто называют пробуждением, что означает познание нашего собственного Бытия таким, каким Оно есть на самом деле, без пелены идеи и чувства разделения. Это все еще называется позицией свидетеля. И это только половина пути, это все еще позиция двойственности. Но это уже более глубокая позиция. Тут все еще есть Осознавание (Я) и все объекты, тело/ум.

В каких отношениях находятся Я-Осознавание и объекты, тело/ум и мир, за которыми я будто бы наблюдаю сейчас? Если мы исследуем отношения между этими двумя, то обнаружим, что на самом деле их не двое. Все, что мы знаем об уме — это опыт мышления и воображения; все, что мы знаем о теле — это чувствование; все, что мы знаем о мире — это его восприятие. Если мы пойдем глубже в опыт мышления, чувствования и восприятия, то прежде всего увидим, что нет никакого расстояния между Я и опытом мышления, ощущения и восприятия органами чувств. Более того, мы не обнаружим там две субстанции. Если мы пойдем в опыт мышления, то все, что знает мышление, не отделено от него. Это единая субстанция. Это не делится на думающего и мысль. Чувственное восприятие не делится на того, кто воспринимает и воспринимаемое. Видение не разделено на того, кто видит и видимое. Это единая субстанция. И состоит она из осознания этого (самого себя), т. е. Осознавания. Если то, о чем мы говорили ранее, можно назвать путем исключения, то это уже путь включения. Это путь, когда я осознаю, что являюсь ничем, ни чем-то, являюсь открытым, пустым Присутствием. Мы понимаем, что это и есть сущность всех видимых объектов.

Мы движемся от «я - что-то» к «я - ничто». Однако следующий шаг - это осознание, что то «ни что-то», которым я являюсь - это сущность всего. Другими словами, я - всё.

Я хотел бы провести различие между этими двумя позициями. Первая позиция - «я есть что-то», которую можно назвать позицией невежества, или игнорирования реальности нашего опыта. После нее мы переходим на путь понимания или мудрости - «я - пустое, безграничное, вездесущее Осознавание». А отсюда мы переходим к позиции любви, когда я знаю себя, как всё. И даже это не совсем верно, поскольку тут уже нет «всего» и нет объектов, поэтому неправильно говорить «я есть всё», поскольку уже нет объектов, с которыми я могу слиться. Есть только истинное Я, Осознавание, знающие Себя и пребывающее Собой. И это является сущностью любого опыта. Любой опыт сияет только светом Осознавания.

Р. А.: Я прекрасно понимаю, о чем вы говорите. И я уже давно об этом могу рассуждать, но я не уверен, что пережил это в такой же степени, как вы. Я держу в руках кружку и понимаю все ваши пояснения относительно объектов. Однако я не вижу кружку, как Осознавание, и не нахожу того Единства, о котором вы говорите.

Р. С.: Рик, посмотрите на вашу кружку еще раз. Теперь вы смотрите на нее и чувствуете ее тактильно. Прекрасно. Зрительный образ чашки, как и ее осязание, дает нам возможность поверить, что есть внешний предмет, называемый кружкой и сделанный из чего-то, отличного от Осознавания. Давайте по очереди посмотрим на эти два аспекта. Первое, зрительный образ чашки. Ваше единственное знание чашки, когда вы смотрите на нее, заключается в опыте видения. Правильно?

Р. А.: Правда.

Р. С.: Где происходит видение? Насколько близко от вас?

Р. А.: Бесконечно близко.

Р. С.: Да, бесконечно близко. Этот вопрос не имеет смысла, поскольку видение - это вы.

Р. А.: Видение не происходит в чашке.

Р. С.: Как мы выяснили, то кружки нет, есть только опыт видения. Если в своем воображении вы пойдете в опыт видения и попытаетесь притронуться к субстанции, из которой состоит видение, что вы там найдете?

Р. А.: Возможно, ограничения языка не дадут мне выразиться точно, но это что-то, что нельзя потрогать.

Р. С.: Точно, именно так! Это не нечто плотное. Но если попытаться найти слово... Ведь оно же из чего-то сделано, поскольку опыт видения реален. Оно из чего-то состоит. Как бы вы это назвали?

Р. А.: Сознание? Осознавание?

Р. С.: Оно состоит из его знания. Но тут ум может возразить: «Хорошо, а когда я держу чашку?»

Р. А.: Ситуация одинакова для всех чувств.

Р. С.: Теперь вы держите кружку. Вторая форма ее познания - это чувство осязания. Где оно происходит? Насколько близко к вам?

Р. А.: Также, в Осознавании.

Р. С.: Если попытаться дотронуться до субстанции, из которой состоит чувство осязания, что мы обнаружим?

Р. А.: Что я являюсь этой субстанцией, она не отделена от меня.

Р. С.: Великолепно! Почему тогда вы говорите, что у вас нет такого же ясного опыта, как и у меня, что все «сделано» из Осознавания? Вы только что продемонстрировали, что это и ваш опыт. Все, что у нас есть - это знание о том, из чего «сделан» опыт.

Р. А.: И все равно, я не понимаю этого до конца. У меня были подобные переживания, например, однажды в магазине я покупал яблоки и увидел себя в этих яблоках, смотря на них. Или как-то моя жена использовала блендер, и я почувствовал, что был этим звуком, который он производил. Но это не является моим постоянным опытом.

Р. С.: Хорошо. А сейчас, Рик, посмотрите вокруг. Вы можете указать на что-то, что в вашем опыте находится на расстоянии от вас и состоит из чего-то, чем вы не являетесь?

Р. А.: Хорошо, это все воспринимается посредством Осознавания, как вы и говорили. И также посредством механизма восприятия — глазами, ушами, носом...

Р. С.: Сейчас, Рик, вы теоретизируете. У вас нет знания о глазах, ушах и носе.

Р. А.: Если я ослепну или закрою глаза руками, то я вас больше не увижу.

Р. С.: И при этом в этот момент у вас все равно нет никаких знаний о глазах. Это просто концепция. Мысль накладывается на ваш опыт. Просто идите в свое переживание. Для того, чтобы убедиться, что вы обращаетесь к своему переживанию, а не к своей памяти, просто представьте, что вы — новорожденный ребенок. Это ваш самый первый опыт, до него не было никакого другого. Это все, что вы знаете. В этот период у вас нет знания, что у вас есть глаза или уши. Вы вообще не знаете, что у вас есть тело. Вы знаете только восприятие в данный момент. У вас есть знание опыта восприятия. Где это происходит?

Не обращайтесь к памяти или идеям.

Р. А.: Я не помню себя новорожденным ребенком.


WEB © Nataris-studio 2012