Руперт Спайра. Осознавание и Его кажущиеся объекты   


Глава из втророго тома "Присутствия"


Вопрос: Вы говорили, что Осознавание наблюдает за тем, что видится так, как будто есть две вещи, одна — это Осознавание, а вторая — это то, что видится. Разве это не допускает элемент двойственности, пусть и более тонкой, чем обычно?

Предположение о том, что существуют две кажущиеся вещи, одна - Осознавание, а вторая - видимости или объекты, предназначено для того, кто считает себя обособленным «я», расположенным в теле, и смотрит на мир объектов, которые считаются отдельными и независимыми от себя, осознавания.

В этом случае, термины, в которых выражается вопрос (то есть вера в отдельную сущность, объект или мир, которые имеют независимое существование), временно считаются верными, чтобы мы могли исходить из того, что кажется фактами переживания. Таким образом делается попытка по-настоящему соединиться с переживанием, которое чувствовал вопрошающий, а не прятаться в чем-то, подобном башне из слоновой кости недвойственного перфекционизма.

Итак, мы начинаем с обычной формулировки: я, внутри тела, смотрю вовне на объективный и независимый мир объектов. Это позиция двойственности, которая заключается в том, что я есть тело (субъект) и я испытываю переживание мира и других (объектов). Отсюда наше внимание обращается на тот факт, что тело (ощущения и восприятия) и ум (мысли и образы), на самом деле, переживаются точно так же, как и мир (восприятия). Другими словами, ясно видно, что тело/ум — это не субъект переживания, а мир — это не его объект, скорее, тело, ум и мир являются объектами переживания.

Затем мы спрашиваем, что это такое, что знает или переживает тело/ум/мир. В любом случае, это то, что мы называем «Я». А что это за «Я»? Очевидно, что это не тело/ум, потому что на этом этапе понятно, что тело /ум — это то, что переживается, а не переживающий.

Что же тогда мы можем сказать об этом осознающем или переживающем «Я»? Оно не может иметь никаких объективных качеств, потому что любые такие качества, по определению, будут видимостями или объектами, и поэтому будут тем, что осознается или тем, что переживается. Тем не менее, это «Я», несомненно, присутствует и осознает. По этой причине Его иногда называют осознанным Присутствием, Осознаванием или просто Присутствием.

На этом этапе Осознавание, которым я являюсь, определяется, как «ничто», «пустое» или «пустота», поскольку Оно не имеет наблюдаемых качеств. Я - прозрачное, бесцветное Присутствие. Я - ничто из того, о чем можно помыслить или что можно воспринять. Я присутствую и осознаю, но Я - это ни что-то, ничто.

С этой точки зрения Осознавание иногда описывается как свидетель видимости ума, тела и мира. Я, Осознавание, знаю все, что видится, но Я не сделано из чего-то, что видится. Эта позиция все еще двойственная, ибо все еще есть субъект (мое Я, Осознавание) - и объект (тело/ум/мир). Эта стадия находится как бы на полпути. Она на один шаг ближе к истинной формулировке природы переживания, чем предыдущая, когда тело/ум рассматривались, как субъект переживания, а мир рассматривался, как объект. Тем не менее, при более детальном исследовании эта идея свидетеля также рассматривается, как ограничение, наложенное на Осознавание умом, который до сих пор верит в отдельное существование объектов.

Это различие между Осознаванием (осознающим или переживающим субъектом) и видимостями тела и мира очень ценно по двум причинам:

Во-первых, оно устанавливает, что в нашем переживании есть нечто что не является объектом, и, тем не менее, несомненно, присутствует и осознает. Другими словами, оно устанавливает присутствие Осознавания и что Оно есть то, чем мы являемся.

Во-вторых, оно устанавливает не только присутствие, но и первичность Осознавания. То есть, оно устанавливает, что для того, чтобы любой объект тела, ума или мира мог прийти в видимое существование, сначала должно присутствовать наше Я, Осознавание, в качестве, так сказать, фона.

Оно устанавливает, что в первую очередь мы пребываем в качестве безобъектного, прозрачного Присутствия или Осознавания, освещающего и знающего все проявления тела, ума и мира. То есть, это наше переживание, которое постоянно присутствует, вне зависимости от того, признаем мы его или нет.

*****


Теперь мы можем пойти дальше. Если мы исследуем это Осознавание, которое в глубине знаем, как себя, то есть, которое знает, что Оно есть, мы обнаруживаем, что в нашем переживании нет ничего, что давало бы основание предположить, что Оно ограничено, привязано к месту, времени или пространству, что Оно личное, вызвано чем-то или зависимо от чего-то, кроме как от Самого Себя.

Итак, что же могло знать, что Осознавание не ограничено, нигде не локализовано, и так далее? Только то, что знает или осознает, и в то же время присутствует, могло действительно знать это или что-либо другое. Иными словами, только то, что осознает и присутствует, может знать Осознавание. Таким образом, единственно только Осознавание знает Себя, как неограниченное, не-локализованное, независимое и беспричинное. Это распознание нашего собственного безличного, неограниченного, вездесущего Бытия, которое иногда называют пробуждением или просветлением. Это самый простой, очевидный и сокровенный факт переживания, но обычно его упускают из вида, и в результате воображают наше Я, чем-то отличным от Осознавания, таким, как мысль, чувство или ощущение.

Теперь мы можем снова посмотреть на отношения между Осознаванием и видимыми объектами тела/ума/мира, которые Ему являются. Насколько тело, ум и мир близки к этому свидетельствующему присутствию Осознавания? Насколько близок мир к осознанию или переживанию мира? Если мы посмотрим просто и прямо на наше переживание, то обнаружим, что всякий раз, когда появляется объект, нет никакой дистанции между Осознаванием, нашим Я, и видимым объектом. Они, так сказать, соприкасаются друг с другом.

Мы можем снова идти дальше. Каково наше переживание границы между ними, места стыка, где они встречаются или соприкасаются? Если бы было такое место стыка, то это было бы местом, где заканчивается наше Я и начинается объект. Однако, мы не находим такого стыка. Нет такого места, где заканчиваемся мы и начинается мир. Здесь нет никакой границы. Таким образом, мы можем теперь переформулировать наше переживание способом, более близким к нашему действительному переживанию. Мы можем сказать, что объекты не только появляются перед этим Осознаванием, они, скорее, появляются в Нем.

На этом этапе Осознавание понимается, скорее, как огромное пространство, в котором все объекты тела, ума и мира появляются и исчезают. До этого мы считали, что наше Я свидетельствует с какого-то расстояния все то, что видится, но теперь это расстояние разрушилось, оно исчезло и все воспринимается как очень близкое и сокровенное. Внутри нашего Я теперь переживаются не только мысли и чувства, принадлежащие телу, но также ощущения и восприятия мира и другого. Однако эта позиция все еще двойственна, это позиция, в которой обширное осознающее пространство является субъектом, а тело, ум и мир являются объектами, появляющимися внутри него. Это похоже на объекты, появляющиеся в комнате, если так можно сказать.

Итак, мы снова глубоко погружаемся в переживание объектов тела, ума и мира, смотрим, можем ли мы найти в них субстанцию, отличную от Осознавания, которое знает их или в котором они появляются. В этом исследовании мы начинаем ясно видеть, что тело, ум и мир сделаны из мыслей, ощущений и восприятий; мысли, ощущения и восприятия понимаются, как сделанные из процессов мышления, ощущения и восприятия; и единственная субстанция, присутствующая в мышлении, ощущении и восприятии, понимается, как наше Я, Осознавание.

Другими словами, в нашем переживании объектов, другого или мира не присутствует ничего, кроме их осознания. И это осознание сделано только из Осознавания, из нашего Я. На самом деле, мы не знаем наше осознание объекта; мы знаем только осознание.

Тем не менее, даже в этой формулировке все еще есть ссылка на тело, ум и мир, хотя они уже осознаются Осознаванием и одновременно сделаны из Него. Это все еще позиция, в которой тело, ум и мир появляются не просто внутри Осознавания, а как Осознавание. То есть, они осознаются сделанными из того, что их осознает. Они переживаются, как сделанные из нашего Я, Осознавания.

Однако, в этой формулировке мы все еще начинаем с объектов, даже если признаем, что они сделаны из Осознавания. Но если мы внимательно посмотрим, то обнаружим, что не объекты, а Осознавание является нашим первостепенным переживанием. Так что теперь, если мы будем исходить из реального переживания (то есть из Осознавания), то обнаружим, что именно Осознавание принимает, так сказать, форму ума, тела и мира. Осознавание принимает форму мышления и предстает, как ум. Оно принимает форму ощущений и предстает, как тело. Оно принимает форму восприятия и предстает, как мир, но, на самом деле, Оно ни на мгновение не становится ничем иным, кроме Самого Себя.

На данном этапе мы не только знаем, но и чувствуем, что Присутствие или Осознавание — это все, что есть. То есть, Оно знает Себя как совокупность переживаний. Это можно сформулировать так: «Я, Осознавание — это все», или просто «Осознавание — это все». В то же время, мы распознаем, что это, по сути, всегда было так, хотя ранее казалось неизвестным.

Таким образом, мы перешли от точки зрения, когда мы думали и чувствовали, что «я есть что-то» (ум и тело), к точке зрения, когда мы распознали нашу истинную природу в качестве осознанного Присутствия, которую мы выразили, как «я есть ничто, ни что-то». Затем мы приходим к основанному на опыте пониманию, что Я - не просто свидетель, знающий или переживающий все вещи, но также, Я - одновременно и субстанция всего этого. Другими словами, мы пришли к ощущению, что Я - это все.

Однако даже это не совсем верно, хотя это может быть более верной формулировкой нашего фактического опыта, чем те, которые мы предложили ранее, ибо что такое это «все», о котором идет речь? На данном этапе мы уже поняли, что нет никаких объектов, других, личностей, сущностей или мира, переживание которых когда-либо, на самом деле, испытывалось. Так что, теперь не имеет смысла говорить, что Осознавание есть совокупность несуществующих вещей. Попросту нет никаких вещей, которые Осознавание бы свидетельствовало, было их субстанцией или совокупностью.

Как мы можем это выразить? Это невозможно! Здесь не хватает никаких возможностей языка, потому что понимание буквально выпадает из концептуальной конструкции, на которой оно должно основываться. Однако, все еще есть возможность попробовать! Вместо того чтобы говорить, что Осознавание есть все, мы могли бы просто сказать, что Осознавание просто есть. Но даже тогда, что это за Осознавание, которое концептуализировано, как Присутствие? Концептуализировать Осознавание, как таковое, означает сделать неявную ссылку на что-то другое, что не является Осознаванием. Это означает приписать Осознаванию название или форму, в противоположность другим именам и формам и, таким образом, наложить ограничение. Поэтому мы можем сказать только: «Есть». Однако, такое слово само по себе бессмысленно. Дальше слова уже ни на что не пригодны. Мы замолкаем.

В этом месте, если бы это была встреча, а не чтение написанной книги, вероятно, было бы долгое молчание. Фактически, во время встречи можно заметить тонкий сдвиг от переживания моментов безмолвия, подчеркивающих беседу, к переживанию моментов беседы, подчеркивающих безмолвие. И с течением времени, можно ясно видеть, что слова (ни сказанные, ни написанные), на самом деле, не подчеркивают и не прерывают безмолвие, скорее, безмолвие присутствует всегда, а слова - просто модуляция этого безмолвия.

Другими словами, мы можем обнаружить, что истинное безмолвие - это не отсутствие звука и мысли, а скорее, присутствие Осознавания, которое их пронизывает, и в то же время, предшествует как присутствию звука или мысли, так и их отсутствию. Но даже это не совсем верно, ибо в переживании нет никакого «предшествования». «Предшествование» требует времени, а время существует только в мыслях. Переживание же — это вечное Сейчас.

Тем не менее, таковы ограничения языка, и если мы хотим говорить об этих вещах, то должны быть готовы к ним приспособиться. Таким образом, мы обнаруживаем, что вновь используем те же термины, измененные так, чтобы описать абстрактные и концептуальные условности двойственной мысли. Мы обнаруживаем, что снова говорим или пишем о том, о чем невозможно по-настоящему говорить, и в то же время - это единственная вещь, которая действительно заслуживает наших слов, потому что это единственное, что на самом деле, существует.

Поэтому чтобы подвести итог, мы переходим от формулировки «я есть что-то» к «я есть ничто»; от «я есть ничто» к «я есть все»; от «я есть все» к «Я есть» или «Осознавание есть»; оттуда просто к «Я», и от «Я» к ... и вот здесь мы действительно замолкаем.

*****


Это описание можно рассматривать как ряд этапов в постепенном развертывании понимания от убеждения, что переживание состоит из последовательности объектов (тела, ума и мира), к пониманию того, что переживание - это только Осознавание, вечно осознающее Само Себя и пребывающее только Самим Собой. Однако, было бы ошибкой думать, что личность проходит через эти кажущиеся стадии или даже, что само переживание претерпевает ряд преобразований. Такое положение было бы только в том случае, если бы мы изначально приняли за истину обособленную и независимую реальность личности, объекты, других и мир.

Скорее можно сказать, что когда приходит понимание того, что есть только Осознавание или Присутствие, одновременно становится понятно, что по сути, так было всегда, даже если это прежде не замечалось. Таким образом, глядя теперь с этой новой точки зрения Присутствия, мы видим, что то, что с точки зрения обособленного «я» было кажущимся расширением понимания, на самом деле было кажущимся растворением невежества.

Другими словами, вместо того чтобы начинать с кажущейся реальности личностей, объектов, других и мира и смотреть в сторону Осознавания, мы теперь сознательно пребываем в качестве Осознавания и видим, как ум, возникающий внутри Осознавания, создает серию абстрактных и концептуальных верований, которые придают объектам, другим, миру и т. д., кажущуюся реальность, плотность и независимость.

По мере того, как мы сознательно пребываем в качестве Осознавания, то есть, когда Оно сознательно пребывает в качестве Себя Самого, будто бы не сокрытого абстрактными понятиями двойственного ума, мы обнаруживаем, что Оно не пустое, это не пустота. Это не «ничто». Оно только иногда обозначается как «ничто», в противоположность верованию в реальность «вещей». С этой точки зрения это ничто, - ни что-то, в отличие от «что-то».

Однако, с точки зрения переживания, - это сама по себе Полнота, которая наполнена только Сама Собой. Эта Полнота известна как Любовь, ибо там нет места ни для чего другого. Иными словами, мы могли бы сказать, что Любовь есть субстанция всех видимых вещей, и как только становится ясно, что нет никаких реальных вещей, как таковых, мы можем просто сказать, что Любовь - есть.

Продвижение от понимания «я есть что-то» к «я есть ничто» можно было бы назвать путем мудрости или различения. Движение от понимания «я есть ничто», через «я есть все» к просто «Я», можно было бы назвать путем Любви.






















WEB © Nataris-studio 2012