Сайт переехал по адресу: IAMNESS.RU
Руперт Спайра. Отдельное "я" - это деятельность, а не сущность.  
Глава 16 из книги "Присутствие", том 1


Процесс сопротивления и поиска, который создает переживание несчастья или страдания – это деятельность мышления и чувств. Отдельное "я" не является сущностью, как таковой. Скорее, оно - эта деятельность сопротивления и поиска.

Когда заканчивается эта сопротивлящаяся, ищущая деятельность, кажущееся отдельное, внутреннее "я" приходит к концу. Эта активность мышления и чувствования является проявлением внутри нашего Я, осознающего Присутствия, поэтому, когда она подходит к концу, остается только наше Я.

Другими словами, мы, осознающее Присутствие, больше не знаем активности мышления и чувствования, но просто остаемся открытыми и пустыми, просто зная наше Я. Это простое знание нашего Я, простое знание собственного Бытия, является переживанием покоя и счастья.

Этот момент, фактически, безвременный, потому что, когда нет мысли - нет времени. Действительно, безвременье покоя, счастья, красоты и любви является знакомым и обычным переживанием. Когда мы говорим, что "от красоты перехватило дыхание", то действительно подразумеваем, что мы были доведены до момента полной неподвижности, в которой не было места для движения мысли.

Без мысли, как мы увидели, нет никакого сопротивления или поиска и поэтому нет воображаемого, внутреннего "я". Без внутреннего "я" нет внешних объектов, мира или других, потому что все они являются двумя аспектами одного и того же ошибочного убеждения.

Все, что остается - это просто неописуемая близость чистого Бытия, которое является покоем, счастьем и самой любовью.

Иными словами, покой и счастье - это синонимы после растворения мнимого "я".

Именно по этой причине это воображаемое "я" никогда не может найти покой и счастье, которые оно ищет. Сама его деятельность поиска исключает покой, счастье и любовь, которые всегда присутствуют просто "позади" ищущей мысли, поэтому не узнаются и не переживаются. Однако, это мнимое, внутреннее "я" не может самостоятельно прекратить поиск.

Другими словами, воображаемое внутреннее "я" — и есть само несчастье. Аналогичным образом, счастье и любовь - простое знание нашего собственного Бытия или Осознавание, знающее Себя - это синонимы растворения деятельности, являющейся отдельным внутренним "я".

Вот почему отдельное "я" никогда не может испытывать счастье. Отдельное "я" похоже на мотылька, ищущего пламя, стремясь объединиться с ним. В момент, когда он касается пламени, мотылек умирает. Смертью мотылька является его объединением с пламенем. Он становится пламенем. Это его единственный способ познать пламя.

Отдельное "я" не может переживать покой, счастье и любовь. Оно может только умереть в них.

Как мотылек и пламя, отдельное "я", которым мы себя представляем, становится пламенем, как только прикасается к нему. В этот безвременной момент сопротивление и поиск приходят к концу, и вместе с ними также и это мнимое, внутреннее "я". Все, что остается - только пламя, в котором было поглощено воображаемое "я". Остается только наше неотъемлемое Бытие.

На самом деле, мы не стали чем-то другим. Скорее, наша идентичность — а это всегда одно и то же осознающее Присутствие, распознано Оно или нет, — освобождается от убеждений и чувств, которые были наложены на Него, и как казалось, превративших Его в отдельное, ограниченное существо, - и возвращается в свое естественное состояние, где нет смысла для сопротивления или поиска.

Все, что остается - это цельная близость переживания, где нет присутствия времени, в котором может появиться мысль и выделить отдельное "я", тем самым создавая отдельный объект, других или мир.

Прямо там, в этом безвременье, сияя в сердце всех переживаний, просто ждущие, чтобы быть распознанными, лежат покой, счастье и любовь, к которым мы стремимся.

Когда это мнимое "я" лишено всех убеждений и чувств, ограничивающих его до одной маленькой части опыта — этого маленького пучка мыслей и чувств, называемых телом и умом — оно раскрывает себя как единственное Я, которое есть, одинаково близко пронизывающее весь опыт.

Мы не стали Этим; мы всегда были только Этим.

Освобожденное от смирительной рубашки, которая, казалось, держала Его в пределах лишь тела и ума, наше Я распознает Себя, как Оно есть.

Это простое распознание нашего собственного Бытия является прозрачным переживанием покоя, счастья и любви.

Когда тело и ум появляются снова, они пропитаны покоем нашей истинной природы. Тело и ум перенастраиваются этим безвременным переживанием покоя, счастья и любви, и в результате, в них могут появиться всякие приятные состояния. Природа этих состояний может варьироваться: в некоторых искателях они могут быть необычными и экзотическими; в других, менее драматичными, с большим проявлением качеств растворения или смягчения.

Однако, эти состояния со временем неизбежно проходят. Если мы считаем, что покой, счастье и любовь являются состояниями тела и ума, то неизбежно будем думать, что покой, счастье и любовь ушли вместе с ними, и снова отправимся на их поиск. Вследствие этого поиска воссоздается отдельное "я" и, соответственно, скрывается наша истинная природа.

Для многих из нас глубокий сон является основной возможностью доступа к покою и счастью нашей истинной природы. В глубоком сне наше реальное Я естественно лишено бремени пребывания воображаемым отдельным внутренним "я". Поэтому глубокий сон спокойный, и именно поэтому мы с нетерпением ожидаем его!

Когда тело и ум утром просыпаются от глубокого сна, они появляются насыщенными покоем нашей истинной природы. Однако, в большинстве случаев, утреннее появление ума инициирует новый раунд сопротивления и поиска.

Мнимое, внутреннее "я" с этим неприятием "сейчас" создается заново, и снова направляется в "далекую страну" — воображаемый мир, который находится вовне, отдельно и на расстоянии от него, стремясь к покою, который присутствовал в глубоком сне и который теперь завуалирован самим желанием его поиска.

Такова судьба отдельного "я". Она определяется его ненасытной жаждой покоя, счастья и любви и живет в месте, которое традиционно известно как ад. Однако ад - это не место. Это состояние — состояние веры в себя как отдельного, внутреннего "я", отрезанного от других и мира, бесконечно ищущего покоя, счастья и любви в несуществующем будущем, потребляемого и поддерживаемого только собственной активностью, сопротивляющегося и желающего в равной мере только одного — своей собственной смерти, своего собственного растворения — тем самым бесконечно себя увековечивая.

Некоторые, так называемые, духовные традиции регламентируют это стремление в более изысканной форме и увековечивают его тонкими формами поиска и практик, тем самым увековечивая воображаемое "я" и несчастье, которое ему свойственно.

Рано или поздно из-за избытка страданий, посредством интеллекта, или вообще безо всякой видимой причины, становится ясно, что то, к чему мы так стремились - сокрыто только процессом стремления.

Некоторые люди изучают свой опыт и приходят к этому выводу; другие сначала приходят к этому выводу, а затем изучают свой опыт. Неважно, каким способом это происходит. Намного важнее ясно увидеть, что отдельное "я", которым мы до сих пор себя представляли - не существует ни сейчас, ни когда бы то ни было.

Когда отдельное "я" рушится, сияет Я истинное. Однако, это истинное Я не является какой-либо сущностью или объектом, таким как тело или ум, Оно не рождается в мире, не стареет и не подвержено смерти.

Мы отбрасываем опыт отдельного знающего, чувствующего, любящего или воспринимающего — как центр или местонахождение, в котором или из которого будто бы происходили и где ощущались все переживания — и вместо этого обнаруживаем себя неограниченными и без какого-то местоположения, присутствующими везде и во всём, тесно едиными со всеми видимостями, но не сделанными из чего-то, что видится, больше не ограниченными одной маленькой частью опыта, но "расширившимися на весь лик Земли", одинаково прикасающимися ко всем видимым вещам.

Это не новое и не странное чувство. Напротив, оно знакомо; мы знали его всегда. Это больше похоже на распознавание. Это похоже на чувство, будто мы вернулись Домой.



WEB © Nataris-studio 2012